Обо мнеОтзывыКонтакты
Главная
Форумы
Мои статьи
Зарисовки с натуры
Мои тренинги
Отзывы с моих тренингов
Мои стихи
Статьи других авторов
Семейная психология и психотерапия
Трансперсональное
О психотерапевтах
Учись думать сам!
Саморазвитие
Психотерапия
Психология
Пригодится!
Философия
Бизнес
Тренинги
Продажи
Переговоры
Маркетинг и реклама
НЛП и Эриксоновский гипноз
Стихи других авторов
Словари
Карта Сайта
Контакты
Мои статьи неоконченное
Ссылки
Ссылки 2
Поиск
Стихи других авторов
Система Orphus

Избранные темы
Новинки в моих статьях
Популярное в «Мои статьи»
Новые темы форума
Популярное на форуме
Голосование
Понравился ли Вам сайт?
 
Индивидуация Версия в формате PDF Версия для печати Отправить на e-mail
Просмотров: 5425
Рейтинг: / 0
ХудшаяЛучшая 

 Олег Телемский   
Дамы и господа, я рад вновь видеть вас в этом зале. В прошлый раз мы говорили о реальности психического и преодолении типично западной установки превосходства внешнего над внутренним. Сегодня я раскрою вам ключевое понятие мысли Карла Густава Юнга – понятие индивидуации.


Перед тем, как непосредственно приступить к теме, я предлагаю поразмыслить вот над чем: нам всем знакома теория эволюции, согласно которой из простейших форм жизни в ходе естественного отбора появляются более сложные. Сейчас очень многие подвергают эту гипотезу сомнению, но на данный момент у нас нет иной альтернативы, ибо не будем же мы всерьёз воспринимать гипотезу Адама и Евы, которая даже недостойна критики. Итак, согласно теории эволюции, человек произошел из некоего существа, отдалённо напоминающего обезьяну.


Вопрос, который я хочу поставить перед вами: по-вашему, в какой момент эволюционного движения произошел эволюционный сдвиг и человек стал человеком?




Классический материализм предполагает, что человека сделал труд, но уже сейчас в свете открытий в области зоологии очевидна ущербность этой гипотезы. Орудиями труда без какого-либо внешнего обучения пользуются некоторые обезьяны, причём в отдельных стаях у них оказываются совершенно свои навыки труда по добыванию пищи, которым взрослые особи обучают детенышей. Заметим, что это нисколько не приближает современную обезьяну к состоянию человека. Итак, вопрос остаётся открытым.


Подойдём к вопросу с другой стороны – что отличает человека от любого животного? Ответ напрашивается сам собой – сознание, но определить, что есть сознание, не так то просто. Отбрасывая все ложные наслоения, созданные вокруг этого понятия, можно сказать, что сознание – это некое особое бытие, при котором происходит опознавание себя как отдельного существа. Необходимо научится чётко разделять понятия «психическое» и «сознательное», ибо психическим обладает и животная жизнь, но ни у одного животного не может быть сознания. Животное органично слито с окружающей средой – с одной стороны, и со своими инстинктами – с другой. Инстинкты суть психические явления, но сознания при этом нет. Точно так же сознание отсутствует у грудного ребёнка до года – мы можем проследить у него целую гамму сложных психических реакций, полностью лишенных сознания.


Итак, сознание – это переживание себя как отдельного индивида. Наличие сознания неизбежно подразумевает первую дуальность, первую противоположность – противоположность «Я» и «Не Я». И именно когда одна из обезьян пережила это чувство двойственности, ещё достаточно смутное и сумрачное, она стала человеком. Как только появляется дуальность «Я» и «Не Я», появляется внутреннее напряжение, которое и характеризует сознание. Из этого напряжения рождаются религия, мифология и искусство, пока еще в нераздельном единстве, как реакция «Я» на «Не Я». В пра-времена религиозным был любой процесс, ибо всё вокруг и внутри носило характер «не я», а потому появление простейших религиозных реакций означало появление сознания.


Маленький островок сознания у пра-людей носил очень фрагментарный и неустойчивый характер, и сознание находилось в особого рода неустойчивом состоянии частичного слияния, которое получило название «мистического соучастия». Я бы определил это состояние как «частичное мистическое соучастие», поскольку в полном «мистическом соучастии» находятся животные, появление же своей пусть абсолютно фрагментарной психической жизни говорит о том, что время бессознательного слияния уже прошло.


Сложнейшие табу, которыми окружали себя примитивные люди, имели одну бессознательную целевую функцию – создать «точки сосредоточения сознания». Точно такую же динамику мы можем наблюдать у невротиков с недостаточно развитым сознанием, которые концентрируются на исполнении десятков бесполезных действий (например, каждый раз, увидев дверь, дотрагиваться до пятки). Эти действия, внешне лишенные смысла, как бы служат закреплением внимания сознания и автоматически отмирают, когда сознание достигает более устойчивого состояния.


Тем не менее, пра-человек был абсолютно лишен способности разделять внутреннее и внешнее. Определённые психические процессы, которые оказывались в поле ещё неустойчивого сознания, автоматически проецировались на внешнюю реальность. Именно так появилась первая мифология.


Я прошу запомнить всё, что было прежде сказано, и вернуться непосредственно к теме индивидуации. Индивидуация есть инстинктивное стремление к большей осознанности, то есть к более дифференцированному сознанию. Дифференциация есть отделение: насколько более развитым является сознание, настолько больше явлений и феноменов сознание способно осознать, как отдельные феномены. Первое проявление индивидуации есть появление первой сознательной дуали «Я» – «Не-я». При этом «Не Я» выступает единым, непознанным слитым бессознательным, и затем появившееся сознание дифференцирует явления одно от другого, что и является процессом познания. Именно стремление к большей осознанности и дифференцированности и является индивидуацией.


Индивидуация – ключевое понятие юнгианской психологии. В прошлой лекции мы в общих чертах определили её главную идею – трансформация из бессознательного и аморфного состояния в целостную индивидуальность. Сейчас же мы рассмотрим это понятие несколько подробнее и определим основные стадии этого процесса.


В словаре аналитической психологии понятие индивидуации определяется так: «Воссамление – процесс психологической дифференциации, осуществляющий с этой целью развитие индивидуальной личности. Процесс формирования и обособления единичных существ; говоря особо, она есть развитие психологического индивида как существа, отличного от общей, коллективной психологии».


Юнг рассматривает индивидуацию как основную движущую силу психики. Все сферы человеческой деятельности, за исключением тех, что продиктованы инстинктом выживания, согласно Юнгу, исполнены неосознанным стремлением к индивидуации. Но хотя потребность к индивидуации в бессознательном есть у всех, способность к её осуществлению имеется только у немногих.


Индивидуация есть динамический процесс. В начале индивидуации присутствует бессознательная психика, состоящая из инстинктивных, плохо осознаваемых импульсов и стереотипов, усвоенных в процессе воспитания, затем, проходя определенные стадии, индивид приходит к познанию своего центра, целостности, Самости. Говоря языком религий, подобное достижение традиционно определялась как достижение «богоподобия», «единства с богом» и могло быть осуществлено очень немногими.


Сразу скажу, что понятие «бог» в юнгианском дискурсе не имеет ничего общего с патриархальными представлениями о карающем или милующем отце на небесах. Скорее, «бог» или «самость» – это совершенно особое психическое состояние приближения к центру своей индивидуальности. Прекрасное определение было некогда дано Якобом Беме: «Бог – это круг, центр которого везде, а окружность нигде». Позднее эта тема будет подробно развита в главе, посвященной Самости. Для неподготовленного человеком может показаться шокирующим, что цель, которая раньше достигалась жесточайшей аскезой, сейчас вполне досягаема в кабинете аналитического психолога, тем не менее, факты свидетельствуют в пользу этого. Процесс индивидуации происходит в несколько этапов, которые имеют отражения в мифологии, алхимии и везде, где проявляется творческий дух человека.


Поняв, что все есть отображение воли к индивидуации, мы можем попасть в хитрую ловушку, решив, что если все мифы говорят об одном, то достаточно знать один миф, чтобы понять всё. Но бессознательное, в отличие от сознания, способно говорить на тысячи языках и использовать сотни символов в совершенно разных контекстах и значениях. Если мы не будем понимать его язык, то просто впадем в иллюзию духовного роста, чем и занимается большинство современных ньюэйджевских групп. Хотя любой процесс индивидуации имеет некоторые архетипические закономерности (о которых мы поговорим впоследствии), нет двух тождественных индивидуаций – каждому придется столкнуться со своим набором испытаний, символов и знаков на этом пути.


Воля к индивидуации является одним из тех атомом, из которых состоит вся психическая жизни индивида и человечества. Культура знает множество аллегорий, в основе своей имеющих инстинкт индивидуации. Нищий, становящийся принцем, воин, побеждающий дракона и спасающий принцессу, свинец, превращающийся в философский камень, или, душа, проходящая через семь планетарных сфер и обретающая божественность – всё это аллегории психологического процесса пресуществления. Беда человека в том, что он имеет свойство проецировать этот внутренний инстинкт трансформации на внешнюю реальность, в результате чего растрачивает драгоценные силы и обрекает себя вечно бежать по кругу. Так алхимик может стать одержим идеей получить из свинца золото, забыв о золотых словах Кунрата «наше золото, не есть золото черни» и потратив свою жизнь на бесполезные опыты в лаборатории. Или, например, политик, подчинивший себя цели получить кресло премьер-министра. Власть, престиж, статус и другие психические удовольствия, которые он для себя с ним связывает – лишь проекция обретения царя внутри себя.


Потому важнейшим условием индивидуации Юнг считал извлечение проекций из внешнего мира или, если говорить языком алхимиков, «создание внутренней герметичности».


Инстинкт индивидуации является стремлением к обретению сознания. Выше мы уже говорили, что сознание – это некая особая форма психической жизни, при которой происходит опознавание себя как отдельного существа. Первобытный человек обладал только зачатками сознания и находился в состоянии, которое великий этнолог Леви Брюлль определял, как «мистическое соучастие». Он не был способен отделять себя от окружающего мира. Глядя на ветку с попугаем, первобытный человек скажет не «я вижу попугая», а «я попугай», не имея достаточного навыка дифференцирования себя от окружающей действительности. В таком же психическом состоянии находятся дети до пяти лет.


Но именно здесь, на первобытной и примитивной стадии, начинаются первые инстинктивные импульсы индивидуации. Прежде всего, эти импульсы находят свое выражение в примитивной, зачаточной религии. Именно здесь впервые происходит отделение себя, как поклоняющегося, от внешнего объекта, которому происходит поклонение. Не труд, как наивно полагали марксисты, а обряд, религия, тотем сделали животное человеком, даровав первый проблеск сознания.


Процесс индивидуации можно разделить на две части. Первая часть, которую можно назвать предварительной индивидуацией, направлена на познание внешних объектов и формирование устойчивого эго, которое эффективно действует во внешнем мире. Вторая часть индивидуационного процесса, собственно, и является индивидуацией в юнговском смысле – это познание бездонных глубин психики, прыжок в неизвестность и достижение трансформации своего Я. Мотивы и образы именно второй части индивидуации проявляются в мифологии и религии.


Путь индивидуации – это путь героя, проходящего определённые испытания, чтобы в конце пути достичь слияния со своей женской ипостасью (символизируемой в мифах принцессой) или, что является ещё более высоким уровнем, установить контакт с некой высшей божественной силой. Путь, который проходит герой, встречаясь с помощниками и врагами, колдунами и драконами, ведьмами и феями – символ пути индивидуации, в ходе которого эго встречается в глубинах психического с инстинктивными и архетипическими фигурами. Именно потому мифология крайне полезна с точки зрения психологии.


По сути, никакой разницы между сказками и современным фольклором, как то голливудский боевик или фильм ужасов, нет. И там и там основной темой повествования является символический путь героя, целью которого является спасение Анимы (то есть своей женской ипостаси) и преодоление неких теневых персонажей.


Стремление к индивидуации, являясь стремлением к большей осознанности, как и другие инстинктивные стремления бессознательно. В этом парадоксе кроется разгадка того, что зачастую действия, которые по символике можно было бы отнести к индивидуационному инстинкту, ведут к ещё большей бессознательности. Вся психическая жизнь (будь то религия, искусство, политика или любая другая сфера приложения человеческого духа) движима инстинктом индивидуации, но поскольку в абсолютном большинстве случаев этот инстинкт бессознателен и спроецирован вовне, то вместо индивидуации идёт бессмысленный расход сил ни на что и в результате – ещё большая бессознательность.


Рассмотрим уже упомянутый пример голливудского боевика. Зритель его смотрит, отождествляясь с главным персонажем и испытывая некоторые суррогатные переживания его пути. Но поскольку эти персонажи всецело спроецированы, в психике самого индивида ничего не происходит, он лишь впустую растрачивает переживания, которые в идеале должен был направить на личный путь индивидуации. Система государства подобна пожирающей матери, дающей своему ребёнку тысячи всевозможных игр и игрушек, только бы защитить от взросления. Средний человек, переживая в своей душе инстинкт индивидуации, проецирует его на внешний объект, не проходя настоящей индивидуации – как ребёнок играет во взрослого, не являясь им. Потому первой стадией индивидуации является некое символическое отключение от ложных идентификаций и самая серьёзная интроспекция, то есть самопознание.


Поскольку символы индивидуации наиболее чётко представлены в мифологии, следовательно, изучая мифологический путь героя, мы можем определить, какие именно стадии и примерно в какой последовательности проходятся на пути индивидуации. Для более подробно ознакомления с символикой пути героя я настоятельно рекомендую к прочтению книгу Джозефа Кембелла “Герой с тысячей лиц”. В рамках лекций я могу лишь кратко и сжато осветить основные архетипы пути индивидуации.


К слову – самой грубой ошибкой Фрейда было зацикливание на предварительной индивидуации, в результате чего он ошибочно отождествлял примитивные, навязчивые повторения и религиозные церемонии, полные глубочайших символов пресуществления психики.


Мы говорили, что первобытный человек обладает лишь зачатками сознания. Но что представляет собой среднее сознание обычного человека? Так ли далеко оно ушло от первобытного состояния? Современный человек имеет преимущество перед примитивным в том, что способен дифференцировать свое эго от внешних объектов. Однако эта дифференциация является далеко не полной и касается только физических объектов, в то время как способность дифференцировать себя от внешних (привнесенных) психических воздействий бывает очень маленькой. Средний человек не способен критично смотреть на доминирующие коллективные представление и автоматически принимает их в себя, считая своими собственными. С одной стороны, его сознание оказывается подчинено инстинктам, с другой – ограничивающим догмам, навязанным системой воспитания. Да, именно так – сейчас мы обращаемся к классической схеме папаши Фрейда: сверху – контролер суперэго, снизу – неистовые инстинкты ид, а в середине, точно Мюнхгаузен между крокодилом и львом, заперто наше эго-сознание.


В юнгианской традиции суперэго определяется, как ужасный отец, а изначальная инстинктивность – как ужасная кастрирующая мать. Вопреки парадигме Фрейда, в жизни часто бывает, что эти, на первый взгляд, непримиримые противоположности действуют как бы заодно, на манер "плохого и хорошего полицейского".


Освобождение от власти навязанных извне стереотипов, их критическое переосмысление – первая стадия индивидуации. Уже здесь подстерегает большое количество сложностей. Окружающий мир готовит тысячи искушений и подмен, чтобы только оставить нас в бессознательном, некритичном состоянии. Помните: система подобна пожирающей матери, которая даёт своему ребёнку тысячи возможных игр и игрушек, только бы защитить от взросления. Потому первой стадией индивидуации является символическое отключение от ложных идентификаций и серьёзная интроспекция, то есть самопознание.


Несомненно, первой ступенью является символический уход из дома. В мифах герой оставляет дом своих родителей и устремляется в странствие. Он перестаёт быть “дитем своей матери” и становится полноценной отдельной единицей. Это означает разрыв с семейным бессознательным и начало собственного самоопределения. Проявлением этой ступени часто является подростковый бунт, который, к сожалению, в силу своей бессознательности, в 95 процентах из ста заканчивается полным поражением и возвращением к состоянию “дитя своей матери”, хотя в роли матери может выступать что угодно – работа, семья, президент. Бессознательный инстинкт индивидуации порой даёт о себе знать, но увы, в силу бессознательности самого индивида оказывается потерянным.


В древних культурах были разработаны особые инициации взросления, зачастую достаточно жесткие. Их цель – отделение индивида от семейного бессознательного, разрушение идентификации с прежним состоянием ребёнка через символическую смерть и новое рождение в принципиально новом качестве. Отсутствие в современной культуре подобных инициаций и является причиной повального невротизма и инфантильности.


Следующей ступенью является встреча с тенью. Тень – персонификация всего не принимаемого в нашей психике. Мифы полны образов «враждующих дуалей»: Каин и Авель, Христос и Иуда, Фауст и Мефистофель. Встреча со своей теневой противоположностью и разрушение фиксированной идентификации с эго – мучительная, но неизбежная, стадия индивидуации.Следующей ступенью является встреча с Анимой, для женщин – с Анимусом. По своей природе эти архетипы половых противоположностей достаточно двойственны. С одной стороны, это спасаемая принцесса (у женщин – герой-освободитель), с другой – это вечно совращающие сирены, валькирии, русалки (у женщин – демонические мужчины). Психологически стадия освобождения Анимы (Анимуса) соответствует освобождению внутренней женственности (мужественности) от власти материнского (отцовского) начала. Эти мотивы будут самым подробным образом разобраны в дальнейших лекциях, и сейчас идёт исключительно схематичное ознакомление с темой.


Установление позитивного контакта с Анимой в большинстве мифов является итогом, что заставляет юмористов иронизировать на тему «а что же происходит с принцем после свадьбы?». А после свадьбы, то есть после иерогамии и интеграции своих женственных (мужественных) аспектов, следует установление контакта с нашей внутренней божественностью. В юнгианской традиции мы принципиально не пользуемся проективным термином «бог» (давно скомпрометированным мировыми религиями), заменив его на более научно-нейтральное «Самость». Самость – это центр и основа всякой психической жизни, богообраз в нашей психике.


Выше я кратко обрисовал ключевые архетипы, которые связаны с индивидуацией. В дальнейшем каждому из этих архетипов будет посвящена отдельная лекция, и вы сможете усвоить тему значительно глубже.


Рекомендуемая литература: Карл Юнг «Эмпирика процесса индивидуации», сборник статей «Проблемы души нашего времени», «Подход к бессознательному». «Шесть архетипов», Джозеф Кемпбелл «Тысячеликий герой», Эрих Нойманн «Происхождение и развитие сознания».

Источник: www.castalia.ru Касталия. Индивидуация


Опубликовано на www.vakurov.ru
09.09.2009
Последнее обновление ( 09.09.2009 )
Просмотров: 5424
< Пред.   След. >
 
Никто не бывает так склонен к зависти, как люди самоуниженные.

Бенедикт Спиноза
Просмотров: