Обо мнеОтзывыКонтакты
Главная
Форумы
Мои статьи
Зарисовки с натуры
Мои тренинги
Отзывы с моих тренингов
Мои стихи
Статьи других авторов
Семейная психология и психотерапия
Трансперсональное
О психотерапевтах
Учись думать сам!
Саморазвитие
Психотерапия
Психология
Пригодится!
Философия
Бизнес
Тренинги
Продажи
Переговоры
Маркетинг и реклама
НЛП и Эриксоновский гипноз
Стихи других авторов
Словари
Карта Сайта
Контакты
Мои статьи неоконченное
Ссылки
Ссылки 2
Поиск
Стихи других авторов
Система Orphus

Избранные темы
Новинки в моих статьях
Популярное в «Мои статьи»
Новые темы форума
Популярное на форуме
Голосование
Понравился ли Вам сайт?
 
Теория родительско-младенческих отношений Версия в формате PDF Версия для печати Отправить на e-mail
Просмотров: 5417
Рейтинг: / 0
ХудшаяЛучшая 

 Д.В. Винникотт    

Краткое изложение
1. Осуществлено изучение младенчества; исследование младенчества - не то же самое, что и исследование примитивных психических механизмов.
2. Зависимость является основным свойством младенчества, которое рассматривается в связи с удерживающим (holding) окружением.
3. Любое исследование младенчества должно быть разделено на две части:
а) Развитие младенца, которому способствует достаточно хорошая материнская забота;
б) Развитие младенца, которое искажено недостаточно хорошей материнской заботой.
4. Можно сказать, что Эго младенца является слабым, но, фактически, сильным вследствие Эго-поддержки материнской заботы.
5. В здоровом варианте процессы в матери (и отце) обуславливают особое состояние, в котором родитель ориентирован на младенца и находится в позиции, соответствующей его зависимости.
6. Рассмотрены различные пути, какими условия удерживающего окружения могли бы или не могли появиться в переносе, если бы позже младенец оказался у психоаналитика.

 

 

 

Основная мысль этой статьи может быть выражены через сравнение исследования младенчества с исследованием психоаналитического переноса.1) Нельзя твердо сказать, что мое утверждение, главным образом, касается младенчества, а не психоанализа. Причина, почему это должно быть понято и является сутью вопроса. Если эта статья не привнесет некий конструктивный вклад, то она может лишь усилить существующую путаницу в понимании относительного значения личного влияния, а также влияния окружения на развитие индивидуума.

Как мы знаем, в психоанализе нет травмы вне всемогущества индивидуума. Все, со временем, попадает под контроль Эго, и тем самым становится связанным с вторичными процессами. Аналитик не поможет пациенту, если скажет: "Ваша мать не была достаточно хороша... ваш отец действительно соблазнял вас... ваша тетя роняла вас". Изменения появляются в анализе тогда, когда травматические факторы, собственным для пациента способом, проявляются в психоаналитическом материале, и в пределах всемогущества пациента. Способными вызывать изменения интерпретациями являются такие вмешательства, которые могут быть сделаны на языке проекций. То же самое применимо и к тем благодатным факторам, которые ведут к удовлетворению. Все следует интерпретировать с точки зрения любви и амбивалентности индивидуума. Чтобы быть в позиции, позволяющей осуществлять такого рода работу, аналитик должен быть готов долгое время ждать.

 

В младенчестве, тем не менее, с младенцем случаются хорошие и плохие вещи, которые совершенно вне сферы младенца. Фактически, младенчество является тем периодом, в котором способность вбирать внешние факторы в область всемогущества младенца находится в процессе формирования. Эго-поддержка материнской заботы позволяет младенцу жить и развиваться, несмотря на то, что он еще не способен контролировать или чувствовать себя ответственным за то, что является хорошим и плохим в его окружении.

 

События этих ранних стадий не могут быть рассмотрены как утраченные вследствие механизмов вытеснения, следовательно, аналитикам не следует ожидать обнаружить их появление в результате уменьшения силы вытеснения. Возможно, Фрейд делал поправку на эти явления, используя термин "первичное вытеснение", однако, это дискуссионный вопрос. То, что является совершенно определенным, так это то, что обсуждаемым здесь вопросам следовало и ранее выделить место в психоаналитической литературе.2)

 

Как я уже сказал, аналитик должен быть готов ждать до тех пор, пока пациент сможет представить факторы окружения, таким образом, который позволит интерпретировать их как проекции. В хорошо отобранном случае это происходит благодаря способности пациента к доверию, которая вновь открывается благодаря надежности аналитика и профессиональному сеттингу. Иногда аналитику необходимо ждать очень длительное время, а в случае пациента, который был плохо выбран для классического психоанализа, надежность аналитика является самым важным фактором (более важным, чем интерпретации), потому что пациент не пережил такой надежности материнской заботы в младенчестве. Если пациент стремится к использованию такой надежности, он впервые в жизни должен найти ее в поведении аналитика. Похоже, это положение является основой для исследования проблем того, что психоаналитик может сделать в лечении шизофрении и других психозов.

 

В пограничных случаях аналитик не всегда ждет напрасно; с течением времени пациент становится способным использовать психоаналитические интерпретации первичной травмы в качестве проекций. Может даже случиться, что он сможет принять то, что является хорошим в его окружении как проекцию простых и стабильных элементов, которые проистекают из его собственного врожденного потенциала.

 

Парадокс состоит в том, что являющееся хорошим и плохим в окружении младенца фактически не является проекцией, но, несмотря на это, для здорового развития младенца необходимо, чтобы все казалось ему проекцией. Здесь мы обнаруживаем всемогущество и принцип удовольствия в действии, поскольку они определенно существуют в раннем младенчестве. К этому заключению мы можем прибавить, что осознание подлинного "не-меня" (not-me) является делом интеллекта, связанного с крайней изощренностью и зрелостью индивидуума.

 

В работах Фрейда большинство соображений о младенчестве вытекают из исследования взрослых в анализе. Имели место также некоторые наблюдения детства (материал о игре с катушкой (1920)) и анализ маленького Ганса (1909). На первый взгляд может показаться, что в психоаналитической теории раннему детству и младенчеству уделяется большое внимание, однако очевидным является недостаточное внимание Фрейда к младенчеству как состоянию. Это обнаруживается в примечании к работе "Положения о двух принципах психического функционирования" (1911), в котором он демонстрирует знание того, что считал не требующим доказательства как раз те явления, которые являются предметом рассмотрения данной статьи.

 

В этой работе Фрейд прослеживает развитие от принципа удовольствия к принципу реальности, следуя обычному курсу реконструирования младенчества своих взрослых пациентов:

 

Мне с полным правом могут возразить, что подобная организация, покорная принципу удовольствия и пренебрегающая реальностью внешнего мира, не могла бы сохраниться в течение даже самого короткого времени, и вообще не могла бы возникнуть. Применение подобной фикции, однако, оправдывается тем наблюдением, что младенец, включающий в себя и ту заботу, которую он получает от матери, приблизительно осуществляет именно такую психическую систему.

 

Здесь Фрейд полностью отдает должное функции материнской заботы. Можно предположить, что он не рассматривал эту тему, потому что не был готов обсуждать ее приложения. Далее он продолжает:

 

Вероятно, он галлюцинирует исполнение своих внутренних потребностей; при возрастании раздражающих стимулов и отсутствии удовлетворения он выражает свое неудовольствие в моторной разрядке - в виде крика и барахтанья руками и ногами - и вслед за этим переживает галлюцинаторное удовлетворение. Впоследствии, повзрослевший ребенок научается намеренно использовать эти проявления в качестве средств выражения собственных чувств. Так как уход за младенцами служит моделью последующей заботы о детях, господство принципа удовольствия может действительно закончиться только тогда, когда ребенок достигнет полного психического отделения от родителей.

 

Слова "младенец, включающий в себя и ту заботу, которую он получает от матери" имеют огромную важность в контексте этого исследования. Младенец и материнская забота составляет единство.3) Если мы собираемся исследовать теорию родительско-младенческих отношений нам необходимо придти к какому-либо решению относительно этих спорных вопросов, касающихся действительного значения жизни в зависимости (the world dependence). Только лишь признать важность окружения кажется недостаточным. Следует также отметить, что существуют и те, кто не допускает, что на ранних стадиях младенец и материнская забота составляют одно целое друг с другом и не могут быть разделены. Эти два явления, младенец и материнская забота, постепенно высвобождаются и разделяются, что является движением к здоровью, которое, в частности, означает отделение материнской заботы от того, что мы называем младенцем или истоками развивающегося ребенка. Эта идея выражена Фрейдом в конце сноски: "господство принципа удовольствия может действительно закончиться только тогда, когда ребенок достигнет полного психического отделения от родителей". (Средняя часть этой ссылки будет обсуждена в одном из следующих разделов, в котором будет утверждаться, что данные слова Фрейда в некотором смысле неадекватны для описания самой ранней стадии развития и вводят в заблуждение.)

 

Слово "Младенец"


В этой статье слово младенец используется применительно к очень маленькому ребенку. Это необходимо подчеркнуть, потому что в работах Фрейда это слово порой покрывает возраст ребенка, вплоть до Эдипова комплекса. Фактически, слово младенец предполагает невозможность говорить, однако не будет бесполезно подумать о младенчестве как о фазе, предшествующей словесному представлению и использованию слов в качестве символов. Следовательно, младенчество является той фазой, на которой младенец зависит от материнской заботы, которая, в свою очередь, опирается на материнскую эмпатию, а не на понимание того, что может быть выражено словесно.

 

Это главным образом период развития Эго, и интеграция является основной характерной чертой такого развития. Силы Ид настойчиво требуют внимания. Поначалу они являются внешними по отношению к младенцу. В здоровом варианте Эго овладевает Ид и начинает задействовать Ид на службе Эго, поэтому удовлетворения Ид усиливают Эго. Это достижение, однако, имеет место при здоровом развитии, в младенчестве же существуют много вариантов, связанных с относительным недостатком этого достижения. При нездоровом младенчестве достижения такого рода могут быть обретены лишь в минимальной степени или могут быть приобретены и утрачены. При инфантильном психозе (или шизофрении) Ид остается в относительной степени или полностью "внешним" к Эго, и удовлетворения Ид остаются физическими и несут угрозу структуре Эго, до тех пор, пока не будут установлены защиты психотического уровня.4)

 

Я придерживаюсь здесь точки зрения, что основной причиной того, что младенец становится способным в ходе своего развития овладеть Ид, является факт материнской заботы; материнское Эго снабжает необходимыми средствами Эго младенца и, тем самым, делает его сильным и стабильным. Необходимо исследовать, каким образом это происходит, а также то, как Эго младенца постепенно становится свободным от Эго-поддержки матери настолько, что младенец достигает психического отделения от матери и дифференциации, обретая отдельную личную самость.

 

Для того чтобы исследовать родительско-младенческие отношения для начала необходимо кратко изложить теорию эмоционального развития младенца.

 

Исторический взгляд


Развитие психоаналитической теории было связано с ранней гипотезой о Ид- и Эго-механизмах защиты. Стало ясно, что фактически Ид появляется на сцене очень рано, а открытие и описание Фрейдом догенитальной сексуальности, опирается на его наблюдениях регрессивных элементов, которые были обнаружены в генитальной фантазии, игре и сновидениях - основных особенностях клинической психологии.

 

Постепенно были сформулированы Эго-механизмы защиты.5) Предполагалось, что организация этих механизмов связана с тревогой, которая проистекает из инстинктивного напряжения или потери объекта. Эта часть психоаналитической теории предполагает отдельность самости и структурирование Эго и, может быть, личную схему тела.

 

Положение дел, однако, представляется совершенно иным, если исходить из идей, излагаемых мною в этой статье. У меня серьезное сомнение вызывает факт структурирования Эго, лишь наличие которого делает возможным тревогу вследствие инстинктивного напряжения или утраты объекта. Тревога на этой ранней стадии связана не с кастрационной или сепарационной тревогой; она проистекает из совершенно других явлений и может быть названа тревогой уничтожения (или аннигиляции).

 

В психоаналитической теории Эго-механизмы защиты в основном связаны с идеей о ребенке, обладающим независимостью и подлинно личной защитной организацией. На этой пограничной линии исследования Кляйн обогатила теорию Фрейда прояснением взаимодействия примитивных тревог и защитных механизмов. Эта работа Кляйн касается раннего младенчества и значения агрессивных и деструктивных импульсов, которые более глубоко укоренены, чем те импульсы, которые реактивируются фрустрацией и связаны с ненавистью и гневом. В работах Кляйн также содержится анализ ранних защит против примитивных тревог, относящихся к первым стадиям психической организации (расщепление, проекция, интроекция).

 

Содержащиеся в работах Мелании Кляйн описания относятся к жизни младенца на самых ранних фазах и к периоду зависимости, которому посвящена данная статья. Мелани Кляйн признает значение окружения в этот период и на других стадиях развития.6) Однако я считаю, что работа Мелани Кляйн и ее коллег оставила открытой для будущего рассмотрения тему полной зависимости, которая появилась в фразе Фрейда: "младенец, включающий в себя и ту заботу, которую он получает от матери". В работах Кляйн нет ничего, что бы противоречило идее абсолютной зависимости, но, как мне кажется, в них нет никакого упоминания о стадии, на которой младенец существует только благодаря материнской заботе, вместе с которой он формирует единство.

 

То, что я предлагаю для рассмотрения здесь - это отличие между принятием аналитиком реальности зависимости и его работой с этим в переносе.

 

Кажется, что исследование защит Эго возвращает исследователя к догенитальным манифестациям Ид, поскольку изучение психологии Эго возвращает его к зависимости, к единству материнской заботы и младенца.

 

Одна половина родительско-младенческих отношений касается младенца и является теорией путешествия младенца от абсолютной зависимости, через относительную зависимость, к независимости, и одновременно путешествием младенца от принципа удовольствия к принципу реальности, а также от аутоэротизма к объектным отношениям. Другая половина теории родительско-младенческих отношений связана с материнской заботой и включает в себя качества и изменения в матери, ориентированной на удовлетворение специфических и развивающихся потребностей младенца.

 

А. Младенец


Ключевым словом этой части исследования является зависимость. Развитие человеческих младенцев зависит от определенных условий. Эти условия, являющиеся частью психологии младенца, будут исследованы ниже. Младенцы начинают свое существование по-разному, в зависимости от условий, которые могут быть благоприятными и неблагоприятными. В то же самое время, эти условия не определяют потенциал младенца. Потенциал младенца является врожденным и, хотя, кажется возможным исследовать его сам по себе, в существенной степени, врожденный потенциал младенца становится младенцем лишь с получаемой им материнской заботой.

 

Врожденный потенциал включает в себя тенденцию к росту и развитию. Можно грубо датировать все стадии эмоционального роста. Однако, предпочтительно считать, что все эти стадии имеют собственный период для каждого конкретного ребенка. Тем не менее, даже если бы временные сроки были заранее известны в случае какого-то определенного ребенка, они не могли бы быть использованы для предсказания действительного развития ребенка, поскольку существует другой важный фактор - материнская забота. О прогнозе можно говорить, только при условии наличия адекватной материнской заботы. (Очевидно, что имеется в виду не только адекватная физическая забота; значение адекватности и неадекватности в этом контексте рассматривается ниже).

 

Врожденный потенциал и его судьба


Здесь необходимо попытаться коротко сформулировать то, что происходит с врожденным потенциалом в процессе развития младенца, а затем и ребенка, стремящегося к независимому существованию. Из-за сложностей предмета такое утверждение следует сделать с допущением наличия удовлетворительной материнской, то есть родительской заботы. Удовлетворительная родительская забота может быть разделена на три частично покрывающих друг друга стадии:


(а) Удерживание (Holding)7).
(б) Мать и младенец существуют вместе. Здесь функция отца (обращения с окружением матери) неизвестна младенцу.
(в) Отец, мать, и младенец, все трое живут вместе.

 

Термин "удерживание" используется здесь для определения не только действительного физического держания младенца, но также для полного обеспечения окружения младенца, которое предшествует понятию "сосуществование" (living with). Другими словами, удерживание относится ко всем трем измерениям или пространственным отношениям, которые прибавляются со временем. Это частично перекрывается с инстинктивными переживаниями, которые со временем начинают детерминировать объектные отношения. Удерживание включает в себя обращение с неотъемлемыми для существования младенца переживаниями, такими как завершенность (и, следовательно, незавершенность) процессов, которые извне могут казаться полностью физиологическими, но, на самом деле, относятся к психологии младенца, и занимают свое место в сложном психологическом поле, которое детерминируется осознанием и эмпатией матери. (Концепция удерживания более детально обсуждается ниже.)

 

Понятие "сосуществование" подразумевает объектные отношения и возникновение младенца из состояния слияния с матерью, а также его восприятие объектов как внешних относительно себя.

 

Данное исследование главным образом касается "удерживающей" стадии материнской заботы, и со связанными с этой стадией сложными событиями в психологическом развитии младенца. Однако, следует помнить, что деление на фазы является искусственным, и осуществлено для удобства с намерением более ясного определения.

 

Развитие младенца в течение фазы удерживания


В свете этого могут быть перечислены некоторые характеристики развития младенца во время этой фазы. На этой стадии
первичный процесс
первичная идентификация
аутоэротизм
первичный нарциссизм

являются существующими реалиями.

 

На этой фазе Эго изменяется настолько значительно от неинтегрированного состояния к структурной интеграции, что младенец становится способным переживать связанную с дезинтеграцией тревогу. Слово дезинтеграция начинает иметь смысл, которым ранее оно не обладало, с фактом интеграции Эго. В здоровом варианте развития младенец на этой стадии сохраняет способность к повторному переживанию неинтегрированных состояний, однако, эта способность зависит от непрерывности надежной материнской заботы, и от наращивания воспоминаний о материнской заботе, которая постепенно начинает восприниматься как таковая. Результатом здорового развития на этой стадии является достижение младенцем того, что может быть названо "статусом целого" (unit status). Младенец становится личностью, индивидом со своими собственными правами.

 

С этим достижением связано психосоматическое существование младенца, которое начинает принимать форму личного паттерна; я отношусь к этому как к пребыванию психики в соме. Основой для такого пребывания является соединение моторных, сенсорных и функциональных опытов с новым для младенца состоянием бытия личностью (person). С дальнейшим развитием начинает существование то, что может быть названо "ограничивающей мембраной", которая в некоторой степени (в здоровом варианте) приравнивается к поверхности кожи, и занимает для младенца позицию между "моё" и "не моё". То есть, младенец обретает способность различать внешнее и внутреннее и схему тела. С этими изменениями можно постулировать личностную или внутреннюю психическую реальность младенца.8)

 

Во время фазы удерживания инициируются другие процессы, наиболее важным среди которых являются истоки интеллекта и начало появления разума (mind), как чего-то отличного от психики (psyche). За этим следуют вторичные процессы и символическое функционирование, а также организация личного психического содержания, которое формирует основу для сновидений/мечтаний (dreaming) и активных (living) взаимоотношений.

 

В то же самое время в младенце начинают объединяться два источника импульсивного поведения. Термин "слияние" отражает позитивный процесс, посредством которого связанные с движением и мускульным эротизмом диффузные элементы становятся (в здоровом варианте) слитыми с оргастическим функционированием эрогенных зон. Это понятие наиболее привычно применительно к противоположному процессу разъединения (defusion), являющемуся сложной защитой, посредством которой агрессия становится отделенной от эротического опыта, что имеет место после периода, в ходе которого была достигнута некоторая степень слияния. Все эти достижения связаны с таким условием окружения как удерживание, и без достаточно хорошего удерживания эти стадии не могли бы быть достигнуты или, будучи достигнутыми, они не могли бы быть прочно установлены.

 

Дальнейшее развитие касается развития способности к объектным отношениям. В этой сфере младенец изменяется от отношений с субъективно представляемым объектом к отношениям с объективно воспринимаемым объектом. Это изменение тесно связано с переходом младенца от состояния слияния с матерью к состоянию отделенности от нее, или к отношению к ней как к отделенной и "не мною". Данное достижение связано не сколько с удерживанием, сколько с фазой "сосуществования".

 

Зависимость


В фазе удерживания младенец максимально зависим. Зависимость можно классифицировать следующим образом:

 

(а) Абсолютная зависимость. В этом состоянии младенец ничего не знает о материнской заботе, которая по большей части является профилактикой. Он не может сохранять контроль над тем, что делается хорошо, а что плохо; он находится или в позиции получения пользы или страдает от нарушения.

 

(б) Относительная зависимость. Здесь младенец становится способным осознавать определенные аспекты материнской заботы и может с большей степенью относить их к собственному личному импульсу и, следовательно, позднее, в психоаналитическом лечении, может воспроизвести их в переносе.

 

(в) К независимости. Младенец развивает средства для существования без действительной заботы. Это становится возможным с накоплением воспоминаний о заботе, проекции личных потребностей и интроекции подробностей заботы, с обретением доверия к окружению. Здесь также нужно добавить элемент интеллектуального понимания с его далеко идущими выводами.

 

Изоляция индивидуума


Другим нуждающимся в рассмотрении явлением на этой стадии является сокрытие ядра личности. Позвольте нам исследовать понятие центральной или истинной самости. Можно сказать, что центральная самость является врожденным потенциалом, который переживается как непрерывность бытия, и является достижением своим собственным путем и в собственном темпе личной психической реальности и личной схемы тела.9) Концепцию изоляции центральной самости необходимо принимать как характеристику здоровья. Любая угроза этой изоляции истинной самости вызывает на этой ранней стадии младенчества большую тревогу и активизирует защиты в ответ на провалы со стороны матери (или в материнской заботе) в отвращении того, что может нарушить эту изоляцию.

 

Такие угрозы могут быть встречены Эго-организацией, включены во всемогущество младенца, и переживаться как проекции.10) С другой стороны, эта защита может оказаться неэффективной, даже вопреки той Эго-поддержке, которую обеспечивает материнская забота. Тогда центральное ядро самости подвергается влиянию тревоги психотического характера. В здоровом варианте индивидуум вскоре становится неуязвимым в этом отношении, а если внешние факторы угрожают, то просто появляется новая степень и качество в сокрытии центральной самости. В этой связи, лучшей защитой является организация фальшивой самости. Инстинктивные удовлетворения и объектные отношения сами становятся угрозой личной непрерывности существования (personal going-on-being) индивидуума. Пример: дитя питается от груди и получает удовлетворение. Этот факт сам по себе не свидетельствует о том, имеет ли он Эго-синтонное переживание Ид (id experience), или, наоборот, он страдает от травмы соблазнения, угрозы личной непрерывности Эго, угрозой переживания Ид, которое не является Эго-синтонным, и с которым Эго не умеет обходиться.

 

В здоровом варианте объектные отношения могут быть развиты на основе компромисса, который включает в себя то, что позднее будет названо обманом или нечестностью, тогда как прямые отношения могут быть развиты только на основе регрессии к состоянию слияния с матерью.

 

Уничтожение11)


Тревога на этих ранних стадиях родительско-младенческих отношений связана с угрозой уничтожения. Я хотел бы объяснить, что здесь имеется в виду.

 

На этой фазе, характеризующейся крайне важным наличием удерживающего окружения, сам "врожденный потенциал" становится "непрерывностью существования". Альтернативой существованию является реагирование, которое прерывает и уничтожает существование. Существование и уничтожение - есть две альтернативы. Следовательно, основной функцией удерживающего окружения является снижение к минимуму таких угроз, на которые младенец реагировал бы с результирующим уничтожением личного бытия. При благоприятных условиях младенец устанавливает непрерывность существования, а затем постепенно начинает развивать изощренные средства, делающие возможным включение таких угроз в область всемогущества. На этой стадии слово смерть не применимо, поэтому "инстинкт смерти" является неподходящим понятием для описания источника деструктивности. Смерть не имеет смысла до тех пор, пока не появляется ненависть и идея целостной человеческой личности. Когда целостная человеческая личность может быть ненавистна, смерть обретает смысл, и вслед за этим следует то, что может быть названо "увечьем" (maiming); целоcтная ненавидимая и любимая личность сохраняется живой будучи кастрированной или же посредством нанесения увечья вместо убийства. Эти идеи относятся к более поздней фазе, а не той, которая характеризуется зависимостью от удерживающего окружения.

 

Переосмысление примечания Фрейда


В этом месте необходимо вновь рассмотреть приведенную ранее цитату Фрейда. Он пишет: "Вероятно, он (дитя) галлюцинирует исполнение своих внутренних потребностей; при возрастании раздражающих стимулов и отсутствии удовлетворения он выражает свое неудовольствие в моторной разрядке - в виде крика и барахтанья руками и ногами - и вслед за этим переживает галлюцинаторное удовлетворение". Теория, выраженная этой частью утверждения, не покрывает необходимых условий ранней фазы. Валидность этой части утверждения Фрейда зависит от допущения им ранних аспектов материнской заботы, тех аспектов, которые здесь относятся к удерживающей фазе. С другой стороны, это предложение Фрейда точно соответствует требованиям следующей фазы, которая характеризуется отношениями между младенцем и матерью, в которых объектные отношения и инстинктивные или соответсвующие эрогенным зонам удовлетворения выдерживают колебание (holdsway); то есть, когда развитие протекает хорошо.

 

В. Роль материнской заботы


Сейчас я попытаюсь описать некоторые аспекты материнской заботы, особенно удерживания. В этой статье концепция удерживания очень важна, поэтому необходимо дальнейшее развитие этой идеи. Данное слово здесь используется для того, чтобы представить полное развитие темы, содержащейся в фразе Фрейда "…младенец, включающий в себя и ту заботу, которую он получает от матери". Я имею в виду действительное состояние материнско-младенческих отношений в самом начале, когда младенец не отделен от материнской заботы, от которой, в психологическом смысле, он абсолютно зависим.12)

 

На этой стадии младенец нуждается и фактически обычно получает обеспечение со стороны окружения, которое имеет определенные характеристики:

 

Оно обеспечивает физиологические потребности. Здесь физиология и психология еще не стали чем-то отдельным, а лишь находятся в направлении к этому;

 

Оно надежно. Однако обеспечение окружение не является таковым механически. Надежность предполагает наличие материнской эмпатии.

 

Удерживание


Защищает от физиологического ущерба. Принимает во внимание кожную чувствительность младенца к прикосновению, температуре, аудиторную и визуальную сензитивность, уязвимость к падению (действие гравитации) и отсутствие у младенца знаний о существовании чего-то еще кроме самости.

 

Включает в себя положенное обеспечение заботы и днем и ночью, и эта забота не одна и та же для двух разных младенцев, так как нет двух одинаковых младенцев.

 

Кроме того, удерживание следует за происходящими день за днем изменениями как физического, так и психологического развития.

 

Следует заметить, что матери, обеспечивающие достаточно хорошую заботу, не могут сделать это хорошо, если о них самих в это время не заботятся таким образом, который признает важнейший характер осуществляемой ими задачи. Матери, которые не имеют этого, не могут осуществлять достаточно хорошую заботу по инструкции.

 

Удерживание, прежде всего, включает в себя физическое держание младенца, которое является формой любви. В этот момент, это возможно единственный способ, с помощью которого мать может проявить свою любовь младенцу. Существуют матери, которые могут держать младенца и те, которые не могут этого; последние быстро вызывают в младенце чувство небезопасности и плач от дистресса.

 

Все это способствует, включает и сосуществует с установлением первых объектных отношений и первых переживаний инстинктивного удовлетворения.13)

 

Было бы неправильно ставить инстинктивное удовлетворение (кормление и т.д.) или объектные отношения (отношение к груди) прежде Эго-организации (Эго младенца усиливается материнским Эго). Основой для инстинктивного удовлетворения и объектных отношений является уход, осуществляемый руками (the handling) и общее обхождение и забота за младенцем, который кажется легким делом лишь когда все идет хорошо.

 

Психическое здоровье индивидуума в смысле свободы от психоза или склонности к психозу (шизофрения) зависит от материнской заботы, которая, если все идет хорошо, почти не отмечается, и которая является продолжением физиологического обеспечения, характерного для преднатального состояния. Это обеспечение окружения также является продолжением сплетения жизненности и функционального здоровья, которое (для младенца) обеспечивает молчаливая, но жизненно важная Эго-поддержка. По последним данным шизофрения, инфантильный психоз и склонность к психозу связаны с провалом обеспечения со стороны окружения. Однако, это не значит, что вредные следствия такого провала не могут быть описаны в аспекте искажения Эго и защит против примитивных тревог, то есть в том, что касается индивидуума. Так работы Мелании Кляйн о защитных механизмах расщепления, а также о проекциях и интроекциях являются попыткой понимания, с точки зрения индивидуума тех следствий, которые связаны с провалом в обеспечении окружения. Эта работа по примитивным механизмам, дает нам сведения лишь о части истории, а реконструкция окружения и его провалов дает другую часть. Эта другая часть не может появиться в переносе из-за недостатка знания пациента о материнской заботе, как в хорошем, так и плохом аспекте, поскольку она существовала в первоначальном инфантильном сеттинге.

 

Исследование одной особенности материнской заботы


Я приведу пример, чтобы проиллюстрировать тонкую особенность в заботе о младенчестве. Младенец находится в слиянии с матерью, и пока это так, чем ближе мать может приблизиться к точному пониманию потребностей младенца, тем лучше. Изменение, однако приходит с окончанием слияния, причем это окончание не обязательно происходит постепенно. Как только мать и младенец становятся отдельными с точки зрения младенца, можно заметить, что мать склонна к изменению своего отношения. Как если бы она осознала, что младенец уже не ожидает от нее магического понимания его потребностей. Кажется, что мать знает о новой способности младенца, давать сигналы, руководствуясь которыми мать может удовлетворить потребности младенца. Можно сказать, что если сейчас мать слишком хорошо знает, в чем нуждается младенец, то это имеет магический характер и не создает основы для формирования объектных отношений. Здесь давайте обратимся к словам Фрейда: "Вероятно, он (дитя) галлюцинирует исполнение своих внутренних потребностей; при возрастании раздражающих стимулов и отсутствии удовлетворения он выражает свое неудовольствие в моторной разрядке - в виде крика и барахтанья руками и ногами - и вслед за этим переживает галлюцинаторное удовлетворение". Другими словами, к концу слияния, когда ребенок достигает отделения от окружения, важное качество состоит в том, что младенец дает сигнал.14) Мы обнаружили, что эта тонкая особенность ясно проявляется в переносе во время аналитической работы. Исключая состояния, в которых пациент регрессировал к самому раннему младенчеству и состоянию слияния, очень важно, чтобы аналитик не знал ответов до того времени пока пациент не даст намеки. Аналитик собирает намеки и делает интерпретации, причем часто так происходит, что пациенты не дают намеков, определенно делая так, чтобы аналитик не делал ничего. Для пациента имеет важное значение такое ограничение власти аналитика, так как власть аналитика представлена правильной, данной в верный момент интерпретацией, основанной на намеках и бессознательной кооперации пациента, сообщающий материал, на котором основывается интерпретация, а затем материал, который подтверждает ее. В связи с этим аналитик-студент порой лучше осуществляет анализ вначале, чем через несколько лет обучения, когда он уже больше знает. Когда у него появляется несколько пациентов, он находит утомительным двигаться так медленно, как это делает пациент и поэтому начинает давать интерпретации, которые основаны не на том материале, который предоставляет пациент, а исходя из приобретенных им знаний и его приверженности к той или иной группе идей. Такие интерпретации не являются полезными для пациента. Аналитику может казаться, что он очень умен, и пациент может выразить восхищение, но следствием такой правильной интерпретации будет травма, поэтому она должна быть отвергнута пациентом, так как не принадлежит ему. Пациент может пожаловаться, что аналитик пытается загипнотизировать его, что означает, что он стимулирует у пациента сильную регрессию к зависимости и вновь принуждает его к слиянию с аналитиком.

 

То же самое можно наблюдать у матерей младенцев; матери, у которых было несколько детей, порой начинают настолько хорошо осуществлять материнские функции, делая правильные вещи в правильный момент, что когда младенец начинает становиться отдельным от матери, он не имеет возможности обрести контроль над всеми теми хорошими вещами, которые с ним происходят. Творческая поза, крик, протест - те маленькие сигналы, которые, как мы предполагаем, приводят к тому, что затем делает мать. Все это отсутствует в том случае, если мать очень быстро понимает и удовлетворяет потребность младенца, как если бы она и младенец еще находились в слиянии. Ведя себя таким образом, будучи как бы хорошей матерью она делает нечто, что хуже кастрации младенца. Ребенок в данных условиях оказывается перед двумя альтернативами: находиться в неизменном состоянии регрессии и слияния с матерью или осуществить тотальное отвержение матери.

 

Таким образом, мы видим, что в младенчестве и при ухаживании за младенцами существует очень тонкое отличие между основанным на эмпатии пониманием матерью потребности младенца и, пониманием, которое уже основано на сигналах о наличии потребности младенца (или маленького ребенка). Это ставит перед матерями трудную задачу, так как дети колеблются между двумя этими состояниями: в одну минуту они находятся в слиянии со своими матерями и требуют эмпатии, в следующую минуту они уже отделены от нее. Если мать заранее знает о потребности ребенка, то она опасна, она становится ведьмой. Это очень странный факт, что матери, которые не инструктированы о том, как им себя вести, и без знания теории, удовлетворительно адаптируются к этим изменениям растущего младенца. Эта особенность повторятся в психоаналитической работе с пограничными пациентами, а также во всех случаях в определенные чрезвычайно важные моменты, когда зависимость в переносе становится максимальной.

 

Отсутствие осознания удовлетворительной материнской заботы


Когда такой аспект материнской заботы как удерживание осуществляется хорошо, младенец не имеет возможности узнать о том, чем он полностью обеспечивается и, что тем самым было предотвращено. Когда же что-то идет не так, младенец начинает осознавать результаты сбоя в материнской заботе. Иначе говоря, ребенок начинает осознавать свое реагирование на некоторую угрозу. Как результат успеха в материнской заботе младенец приобретает непрерывность существования (бытия), которая является основой силы Эго; в то время как результатом каждого сбоя в материнской заботе является прерывание непрерывности существования и получающаяся в результате слабость Эго. Такие прерывания составляют уничтожение и наверняка связаны с болью психотического свойства и интенсивности. В крайнем случае, младенец существует только на основе непрерывности реакций на угрозы и восстановлений (recoveries) от таких реакций. Такой вариант сильно контрастирует с той непрерывностью существования, которая имеется в виду в моей концепции силы Эго.

 

С. Изменения в матери


В этом контексте важно исследовать те перемены, которые происходят в женщине, которая собирается стать матерью или недавно родила ребенка. Поначалу эти изменения являются почти физиологическими, а начинаются они с физического удерживания плода в чреве матери. Нечто теряется, однако, если для описания данной фазы прибегать к фразе "материнский инстинкт". Фактически, женщины, в ходе здорового развития, претерпевают изменения в их ориентации на себя и мир, причем, хотя эти изменения во многом укоренены в физиологии, они могут быть искажены психическим нездоровьем женщины. Об этих изменениях необходимо думать в психологических терминах, несмотря на тот факт, что на задействованные в этом эндокринные факторы можно оказывать влияние лекарственными средствами.

 

Нет сомнения в том, что физиологические изменения повышают чувствительность женщины к последующим более тонким психологическим переменам.

 

Вскоре после известия о вероятности зачатия женщина начинает изменяться в своей ориентации и становится озабоченной происходящими в ней изменениями. Через ее тело она различными способами стимулируется к тому, чтобы быть заинтересованной в самой себе.15) Мать перемещает некоторое собственное ощущение себя (some of her sense of self) на растущее в ней дитя. В данный период происходят важные вещи, заслуживающие того, чтобы для них была разработана соответствующая теория.

 

Аналитик, который имеет дело с потребностями пациента, возобновляющего эти очень ранние стадии в переносе, испытывает сходные изменения в ориентации; причем в отличие от матери аналитику, необходимо осознавать чувствительность, которая развивается в нем в ответ на незрелость и зависимость пациента. Это можно рассмотреть как расширение описания Фрейдом пребывания в произвольном состоянии внимательности (voluntary state of attentiveness).

 

Детальное описание изменений ориентации в женщине, которая готовится или только что стала матерью, выходит за рамки данной статьи; в другой своей работе я попытался описать эти перемены популярным языком (Winnicott, 1949c).

 

Существует психопатология этих изменений в ориентации и, в крайних вариантах, аномалия становится делом тех, кто изучает психологию последового безумия. Без сомнения существует много качественных разновидностей, не являющихся аномалией. Но при определенной степени искажения мы имеем дело с аномалией.

 

В целом, матери тем или иным образом идентифицируются с дитем (baby), растущим в них, благодаря чему достигают очень мощного ощущения того, что ему необходимо. Это проективная идентификация. Такая идентификация с собственным дитем продолжается на протяжении определенного времени после родов, после чего постепенно теряет свою значимость.

 

В обычном случае такая особая ориентация матери на младенца сохраняется и после процесса рождения. Мать, не имеющая искажений в этой области, готова к расставания с ее идентификацией с младенцем, когда младенец проявляет потребность в сепарации. Бывает и так, что мать способна обеспечить хорошую первоначальную заботу, но не способна завершить этот процесс. Вследствие этого она остается в слиянии с младенцем и, тем самым, задерживает сепарацию младенца от нее. В любом случая это весьма трудно для матери отделиться от младенца именно с той скоростью, с которой нуждается в этом младенец.16)

 

Важным, на мой взгляд, является то, что мать через идентификацию с младенцем узнает, что испытывает младенец, и оказывается способной обеспечить его почти тем, что ему необходимо посредством удежривания и обеспечения окружения в целом. Я считаю, что без такой идентификации мать не смогла бы обеспечить то, в чем младенец нуждается в самом начале; такая идентификация является жизненной адаптацией к потребностям младенца. Очень важным является обеспечение физического удерживания, которое является основой для всех более сложных аспектов удерживания и обеспечения окружения в целом. Это верно, что мать может иметь очень отличающегося от нее малыша, что может вести к недочетам. Младенец, например, может быть быстрее или медленнее чем она сама, или отличаться каким-либо другим образом. Поэтому могут быть моменты, когда ее чувства относительно того, что необходимо младенцу фактически будут неверными. Однако, похоже, обычно, матери, если они здоровы и не переживают стресс в их текущей жизни, способны достаточно точно понять то, что необходимо их младенцам и обеспечить эти потребности. В этом сущность материнской заботы.

 

С "получаемой от матери заботой" каждый младенец становится способным иметь личное существование, и таким образом, начинает формироваться непрерывность существования. На основе этой непрерывности существования в младенце постепенно развивается врожденный потенциал. Если же материнская забота не является достаточно хорошей, то в действительности младенец не вступает в жизнь (come into existence), так как отсутствует непрерывность существования. Вместо этого его личность начинает строиться на основе реакций на угрозы окружения.

 

Все это имеет значение для аналитика, ведь именно из непосредственного наблюдения за младенцами, а также из изучения переноса в аналитическом сеттинге, можно достичь ясного представления о том, что происходит в младенчестве. Данная работа по инфантильной зависимости стала возможной в результате изучения явлений переноса и контрпереноса с пограничным случаем. На мой взгляд, такое вовлечение с пациентом, диагноз и этиология заболевания которого берет свое начало до Эдипова комлекса и включает искажение в период абсолютной зависимости, является легитимным расширением психоанализа.

 

Фрейд открыл инфантильную сексуальность посредством реконструкции из его работы с психоневротическими пациентами. Расширение его работы до лечения пограничного психотического пациента позволяет нам реконструировать динамику младенчества, инфантильной зависимости и материнской заботы, которая встречает эту зависимость.

 

Примечания


*) Перевод осуществлен по: Winnicott D. (1960). The Theory of the Parent-Infant Relationship. International Journal of Psychoanalysis., 41:585-595.

1) Я обсуждаю эту проблемы с более детальной клинической точки зрения в работе "Примитивное эмоциональное развитие" (1945).

2) Смотри мой отчет о некоторых аспектах этой проблемы в случае пациентки в состоянии глубокой регрессии (1956а).

3) Однажды я сказал: "Нет такого создания как младенец", имея в виду, конечно же, что дитя и материнская забота неразделимы и что не может быть младенца без материнской заботы. (Обсуждение на научном заседании Британского психоаналитического общества, примерно 1940). Не повлияла ли на меня, без знания того, эта сноска Фрейда?

4) Я сделал попытку показать приложение данной гипотезы к пониманию психоза в моей статье "Психозы и уход за детьми" (1952).

5) Исследования защитных механизмов, которые последовали за работой Анны Фрейд "Эго и механизмы защиты" (1937), хотя и двигались по другому пути, также пришли к переоценке роли материнства в уходе за младенцами и раннем развитии. Анна Фрейд (1953) пересмотрела свои взгляды по этой проблеме. Вилли Хоффер также сделал наблюдения, связанные с этой областью развития (1955). Однако, мой акцент в этой статье сосредоточен на значении понимания роли раннего родительского окружения в ходе развития младенцев, а также на клиническом значении при обращении с определенными типами пациентов с аффективными расстройствами и расстройствами характера.

6) Детальный обзор моего понимания работы Мелани Кляйн в этой области содержится в двух статьях (1954а, 1956с). Смотри также Кляйн (1946. р. 297).

7) Holding - удерживание, удержание, держание, поддерживание, вмещение.

8) Раннюю формулировку по этой проблеме смотри (Winnicott, 1949b).

9) В своей другой статье (Winnicott, 1957) я обсуждаю другой аспект этой фазы развития, как мы ее видим в здоровом развитии. Cf. Greenacre (1957).

10) Я использую здесь понятие "проекции" в описательном и динамическом, а не в его полном метапсихологическом значении. Функция примитивных психических механизмов, таких как интроекция, проекция и расщепление выходят за рамки этой статьи.

11) В предыдущей статье я описал клинические проявления этого типа тревоги с несколько другой точки зрения (Winnicott, 1949a).

12) Напоминание: чтобы убедиться в отделении этого от объектных отношений и инстинктивного удовлетворения я должен искусственно ограничить мое внимание телесными потребностями общего характера. Один пациент сказал мне: "Хороший аналитический час, в котором правильная интерпретация дается в верное время, - это хорошая пища".

13) Обсуждение этого аспекта процессов развития обсуждается в другой моей статье (Winnicott, 1951).

14) Последующая теория Фрейда о тревоге как сигнале Эго (Freud, 1926).

15) Более детально этот аспект рассмотрен мною в работе "Первичная материнская озабоченность" (Winnicott, 1956b).

16) Клинический материал, иллюстрирующий один из видов этой проблемы и связанный с излагаемыми pltcm идеями, представлен в более ранней статье (Winnicott, 1948)

 

Перевод К. Ягнюка

 

Литература


FREUD, ANNA The Ego and the Mechanisms of Defence (London: Hogarth, 1937 .)

FREUD, ANNA 1953 'Some Remarks on Infant Observations.' Psychoanal. Study Child 8

FREUD, SIGMUND 1909 'Two Case Histories.' S.E. 10

FREUD, SIGMUND 1911 'Formulations on the Two Principles of Mental Functioning.' S.E. 12

FREUD, SIGMUND 1920 'Beyond the Pleasure Principle.' S.E. 18

FREUD, SIGMUND 1926 'Inhibitions, Symptoms and Anxiety.' S.E. 20

GREENACRE, PHYLLIS 1957 'Early Physical Determinants in the Development of the Sense of Identity.' J. Amer. Psychoanal. Assoc. 6 4

HOFFER, WILLI Psychoanalysis: Practical and Research Aspects (Baltimore: Williams & Wilkins, 1955 .)

KLEIN, MELANIE 1946 Notes on Some Schizoid Mechanisms In:Developments in Psycho-Analysis. (London: Hogarth, 1952 p. 297

WINNICOTT, D. W. 1945 'Primitive Emotional Development.'

WINNICOTT, D. W. 1948 'Reparation in Respect of Mother's Organized Defence against Depression.'

WINNICOTT, D. W. 1949a 'Birth Memories, Birth Trauma, and Anxiety.'

WINNICOTT, D. W. 1949b 'Mind and its Relation to the Psyche-Soma.'

WINNICOTT, D. W. 1949c The Child and the Family (London: Tavistock Publications, 1957 .)

WINNICOTT, D. W. 1951 'Transitional Objects and Transitional Phenomena.'

WINNICOTT, D. W. 1952 'Psychoses and Child Care.'

WINNICOTT, D. W. 1954a 'The Depressive Position in Normal Emotional Development.'

WINNICOTT, D. W. 1954b 'Withdrawal and Regression.'

WINNICOTT, D. W. 1954c 'Metapsychological and Clinical Aspects of Regression within the Psycho-Analytical Set-up.'

WINNICOTT, D. W. 1956a 'The Antisocial Tendency.'

WINNICOTT, D. W. 1956b 'Primary Maternal Preoccupation.' (10) to (20) are included in: Collected Papers: Through Paediatrics to Psycho-Analysis. (London: Tavistock, 1958 .)

WINNICOTT, D. W. 1956c 'Psycho-Analysis and the Sense of Guilt.' Psycho-Analysis and Contemporary Thought (London: Hogarth, 1958 .)

WINNICOTT, D. W. 1957 'On the Capacity to be Alone.' Int. J. Psycho-Anal. 39 andPsyche (Stuttgart: Klett, 1958 .)

 

Источник: Д.В. Винникотт Теория родительско-младенческих отношений

(с) Институт практической психологии и психоанализа

Опубликовано на www.vakurov.ru
18.08.2010
Последнее обновление ( 18.08.2010 )
Просмотров: 5416
< Пред.   След. >
 

Не бойтесь расти медленно, бойтесь оставаться неизменными.

Китайская пословица

Просмотров: